22:48 

Подарки на новый год

[Estella]
для heldis
вообще, Снейп/Тонкс
но если придираться, то скорее Тонкс/Люпин и Снейп/Лили
R, недо-pwp

- Я приглашала к нам на сегодня голубушкку Тонкс, - сообщила миссис Уизли, с ненужной силой опуская на стол блюдо с морковью и одаряя Флер свирепым взглядом, - но она не появится. Ты с ней в последнее время не разговаривал, Ремус?
- Нет, я вообще мало с кем виделся, - ответил Люпин. - Но ведь Тонкс есть у кого погостить - какие-нибудь родные, не так ли?
- Хм-м, - произнесла миссис Уизли. - Может быть. На само-то деле мне показалось, что девочка надумала провести это Рождество в одиночестве.



Тонкс выдыхает ему "люблю" в приоткрытый рот, прежде чем поцеловать.
Слизывает жар с его кожи, чувствуя ладонью, как бешенно бьется его сердце - совершенно не в такт ритму их тел.

От ее прикосновений он едва-заметно вздрагивает.

- Вы похожи, - шепчет она, прикусывая мочку его уха, зарывясь носом в волнистые русые волосы, - ты так же не привык к ласке.

- Молчи.

Это главное правило, и ей стыдно, что она нарушила его.

Поэтому она выпрямляется, предлагая ему смотреть на нее, любоваться ею, сходить с ума от близости. Он поднимает руку и - секундная заминка - кладет ладонь на грудь.

Ей нравится его неловкость. Все, как надо.

Она вновь наклоняется, чтобы поцеловать - рыжие локоны падают на белую подушку. Проводит языком по полоске шрама на правой щеке - она столько раз смотрела на нее и мечтала именно об этом. С ума сойти.

Она смотрит, смотрит на любимое лицо, вглядываясь в каждую черточку и даже не понимает, что по ее лицу текут слезы, пока он не очерчивает их след шершавым пальцем.

Этими же пальцами он закрывает ей глаза, напоминая об уговоре, а она целует ладонь, на которой знает каждую чертову линию.
Он дрожит, и каждый короткий выдох - задушенный стон.

А после сказка заканчивается, и она тянется к сумке за сигаретами, чтобы задохнуться в сером дыме.


Он морщится и ему достаточно протянуть руку, чтобы распахнуть окно. И только тогда она соображает спросить: "Ты не против, если я закурю?".
Бессмысленно. Все бессмысленно.

Сидит, подтянув к себе колени, а из окна тянет морозом, и снежинки, залетая в комнату, плавятся на обнаженной коже.


Тонкс дрожит - от холода и просто так. Она не перестает смотреть на мужчину перед собой, и ее рука с сигаретой бьется в истерике.

- Сколько тебе осталось?

- Минут десять, - отвечает он, бросая взгляд на часы на прикроватной тумбе.

- А потом карета вновь превратится в тыкву, - с мрачной усмешкой проговаривает она, делая очередную короткую и жадную затяжку.

- Что?

- Ничего. Неудачное сравнение.

Она делает попытку улыбнуться, а, не сумев, отводит глаза, гася сигарету о мраморный подоконник и выбрасывая окурок в черное небо.

Непривычно длинные волосы щекочут кожу, она отбрасывает их за спину. Выходит неуклюже, и она замечает, что он на мгновение морщится - от очередного несоответствия, которым грешит и эта кратковременная вспышка раздражения, так несвойственная лицу, которое Тонкс любит.

Да, сказка кончилась.

Иллюзии рассеиваются вместе с сигаретным дымом - оставляя едкий душок. Сплошной самообман - зачем все это нужно?

"Нужно, очень нужно", - отвечает сама себе Тонкс.

Одевается она в спешке, желая избежать того мгновения, когда реальность станет совсем невыносимой - слишком явной, чтобы ее отрицать.

Она целует его напоследок, с жадным трепетом заставляя рассудок разрываться между навязанным образом и осознанием того, что все это фальш.

Игры неудачников.

- Спасибо... Северус, - с секундной заминкой говорит она, а после быстро касается губами щеки - целуя уже того, кто спрятан под
невыносимо-любимой оболочкой.

Он проводит ладонью по ее лицу, по ее неистово-рыжим волосам. Не смотрит ей в глаза, словно боится испортить мгновение.

- С Рождеством, - шепчет она.

- С Рождеством, - вторит он в ответ, и после Тонкс исчезает в зеленом пламени камина.

А за окном - несносная метель, и ветер врывается в комнату вместе со снегом, и совсем чужое тело все в мурашках, и легче совсем не думать,
легче - глядеть, как тают снежинки на бледной коже.

Северус берет с тумбы обрывок колдографии, заключенный в рамку - неровные края в том месте, где он ее располовинил. Вырванная из "контекста" счастливая молодая женщина. Та самая, что только что целовала его, та, с которой он занимался любовью.

Бред-бред-бред, сладкий и беспощадный.

Северус смотрит на колдографию, и в стекле рамки отражается чужое лицо - дурак Люпин, не понимающий своего счастья. Она близко, она любит, она жива, в отличие от той, что на портрете.

Северус смотрит на колдографию до тех пор, пока действие оборотного зелья не заканчивается и в стекле не отражается его собственное лицо.

для chandae
Лили/Тедди

Она сидит на лестнице и срывает последние лепестки ромашки. Хочет, не хочет, хочет, не хочет...

Срывает две последние одновременно, делая вид, что не замечает. Сойдут и за одну.

Лили умеет менять реальность так же, как Тедди умеет менять свою внешность.

Тяжелые шаги по ступеням. Он как обычно проснулся под вечер.
Как обычно - подобный вывод она сделала за эти два дня, что она здесь, в гостях у Тедди и Виктории.

Лили быстро достает выпрошенную у парнишки-соседа самокрутку и использует палочку вместо зажигалки. От дыма хочется кашлять и слезятся глаза. Она сдерживает себя, в который раз.

Тедди садится на ступени совсем рядом, затягиваясь прямо из ее рук.
О Мерлин! Лили забывает как дышать - в этом жесте ей видится столько интимности,
Он так близко-близко, и волосы у него волосы - совсем черные. А лицо - сонное, с вмятинами от подушки.

- Ты трахаешь Малфоя?

- Что? - он закашливается от неожиданного вопроса. А ей нравится это - удивлять его. И внутри она смеется от удовольствия, а с виду - полная
невозмутимость.

- Роуз нашептала, что вы сдружились. Вечно пропадаете где-то. А Виктуар - она же как фарфоровая. Тебе наверняка одной ее не хватает. А тут красавчик Скорпиус, капризный как девчонка.

Тедди тихо смеется. Лили затягивается и передает сигарету ему, а второй рукой проводит ладонью вверх по его бедру до самой ширинки
старых джинс. И замирает, не отваживаясь больше ни на что. Вот так всегда. Дура.

- И что это значит? - насмешливо протягивает Тедди.

Лили пожимает плечами, стараясь не выдать волнение.

- Если уж не хочешь Скорпиуса, может, трахнешь меня? Безо всяких обязательств.

Она облизывает губы, надеясь, что это выглядит достаточно эротично. А Тедди улыбается, как чеширский кот из маггловской книжки.

- Виктуар нет, - поспешно добавляет она. И ей немного страшно, потому что мечты осуществляются, судя по тому, что Тедди все еще так близко со своей невозможной улыбкой. - По магазинам. С Доминик, - несвязно бормочет она, потому что Тедди так стремительно сокращает расстояние между ними, что дыхание перехватывает. И его губы касаются ее уха, опаляя дыханием.

- Чертовски признателен за предложение, - шепчет он, и рука его скользит по ее бедру - вверх-вниз, дразняще
легко, обескураживающе. - Но я скорее трахну Малфоя.

И все.

Он поднимается на ноги, и смотрит на нее сверху вниз, затягиваясь уже дотлевающей сигаретой.

- Я хотя бы не менял ему в детстве пеленки.

А после он наклоняется, издевательски-целомудренно целует ее в лоб и уходит на кухню, посмеиваясь.
Лили снимает тапок и бросает в него. Мимо.

для oovda
Теддивика

Сентябрьское солнце светит не ярко, но, отражаясь от ее волос, ослепляет.
Ветер с моря заставляет ее юбку пускаться в пляс, и Виктория смеется ей в аккомпанемент.

- Дурак, - произносит она вслух.

"Люблю", - кричит она в мыслях, а Тедди улыбается таким знакомым лукавством во взгляде. У него веснушки на лице и светлые волосы - и она
не узнала бы его ни за что, если бы не эта самая улыбка.

- Так нельзя.

- Кто сказал?

Виктория не знает, что ответить. Такого правила нет ни в уставе школы, ни где-нибудь еще. Тем не менее никто из учеников, насколько она знает, не покидал территорию Хогсмида, выбираясь туда на выходных.

Нельзя - это как что-то само собой разумеещееся. А Тедди подобного не признает.

- Пошли.

Он тянет ее за руку. По песку в туфлях идти совершенно неудобно, и Виктория едва поспевает.

- Сними чертовы туфли, - произносит он, и в его голосе ей слышатся нотки раздражения, поэтому Виктория останавливается и одергивает руку.

- А ты смени тон.


По идее, Тедди должен бы извиниться, но вместо этого он начинает смеяться. И Виктория больше уже не может обижаться. Невозможно, когда
дело касается Тедди.

Поэтому она снимает туфли, зато идет намеренно медленно. И пусть только попробует поторопить ее!

- Куда мы идем? - спрашивает Виктория, когда они начинают подниматься вверх по травянистому склону. Она вновь держит его за руку, и для ее это нечто большее, чем просто страховка. И ей интересно, думает ли Тедди так же.

- Сейчас узнаешь.

Виктории хочется думать, что он ответил на ее непроизнесенный вслух вопрос.

Они выходят к неказистой хижине. Дальше, примерно в пятнадцати минутах ходьбы - виднеется небольшая деревушка. Виктории совсем не интересно, живут в ней магглы или маги, но тем не менее она спрашивает. А Тедди лишь пожимает плечами, увлекая ее за собой в хижину, освещенную внутри солнце сквозь окна и множественные щели.

А на дощатом полу - щенок. Смешной пушистый лабрадор.

- Это тебе подарок. С днем рождения.

Виктория мечтала о щенке всю свою жизнь, но у Доминик аллергия...

- Это его будка. Мальчишка из деревни - я договорился, он будет присматривать. А мы сможем приходить сюда хоть каждый день, кормить,
гулять с ним.

- Невозможно.

- Кто сказал?

Виктория улыбается, качая головой. Рядом с ним она верит, что реально все.

Садится на корточки, гладит щенка по мягкой светлой шерсти. Он игрив и неуклюж - идеальный щенок в ее идеальный день рождения.

- Ну, что скажешь?

- Я тебя люблю, - вырывается у Виктории прежде, чем она успевает подумать. Но в следующее мгновение она нисколько не жалеет о
произнесенных словах. Все правда. Пусть знает.

- Что? - Тедди переспрашивает без удивления в голосе.

Виктория берет щенка на руки и поднимается с корточек - он не вырывается. Ласковый пушистый комок.

- Люблю тебя, - шепчет она и улыбается. И встает на цыпочки, чтобы поцеловать.


для miraizo
дженовая гарридрака с детским рейтингом

Когда они столкнулись в коридоре, Поттер выглядел счастливым, по-идиотски улыбался и леветировал над начищенными плитами
пола пушистую зеленую елку.


Драко смерил удивленным взглядом протянутую ладонь и пожал плечами, прежде чем пожать ее.

 

Обычно они лишь кивали друг другу, а сейчас на Поттера видимо повлияла вся эта рождественская хуета, решил Драко.

 

- Это для офиса, - сказал глава авроров, указывая кивком головы на свой "багаж" и зачем-то еще и взмахивая рукой, в которой была палочка.

 

Драко едва успел увернуться от желающей его протаранить елки, лишь по плечу хлестнула ветка с зелеными иголками. И Поттер весь рассыпался в извинениях, которые Драко выслушивал, досадно потирая плечо.

 

- Что вы планируете на Рождество? - вдруг спросил Поттер между всеми своими "прости".

 

- Ничего, - бросил Драко, собираясь уже свалить подальше от этого неожиданно проникшегося дружелюбием бывшего недруга, а теперь - коллеги по Министерству. Но тот остановил его, схватив за руку и разворачивая к себе. Драко чуть не задохнулся от подобной наглости.

 

- В смысле "ничего"? Это же Рождество, понимаешь?

 

Нет, Драко с трудом понимал, к чему клонит Поттер. Он постучал пальцем по наручным часам, намекая, что ему уже пора и что у него нет времени на всякий поттеровский бред и дурацкие разговоры. На его плечах серьезный проект, между прочим.

 

- Астория уехала на Рождество к своим родителям. Скорпиус остался в Хогвартсе. Я собираюсь работать, - скороговоркой перечислил Драко, надеясь, что этот ответ будет достаточно исчерпывающим.

 

- Ты не любишь Рождество? - что-то между вопросом и утверждением, но Драко все же решил ответить, чтобы Поттер понял наверняка:

 

- Я не люблю Рождество.

 

- Глупость.

 

Глупостью, по мнению Драко, была невыносимая надоедливость Поттера.

 

- У меня прорва дел...

 

А еще устало-раздраженный голос и "свали, Поттер" во взгляде. Но тот даже не дал ему договорить, выпаливая:

 

- Может, придешь на ужин к нам? Джинни пригласила кучу гостей. Должно быть весело.

 

Учитывая, что это был их самый долгий разговор с момента знакомства, абсурдность идеи уже не казалась такой абсурдной. Драко попросил бы ущипнуть его, чтобы удостовериться в реальности происходящего, если бы не считал это совершенной пошлятиной. Поэтому он всего лишь спросил, придавая лицу максимально-насмешливый вид:

 

- Как ты это себе представляешь, меня на вашем ужине?

 

Поттер пожал плечами и засмеялся - весело и беззаботно.

 

Слишком весело и беззаботно для мужчины по сорок.

 

- Рон будет в шоке.

 

Когда Драко собирался на этот ужин, он оправдывал свое решение только этим.


URL
Комментарии
2009-12-28 в 22:56 

[Игла]
In case anyone needs me I'll be puking in the garden.
какой у тебя Тедди - восторг :heart: и я обожаю твой стиль.

2009-12-28 в 22:58 

Why are so few of us left active, healthy, and without personality disorders?
ох, опять я проворонила пост с раздачей подарков. :gigi:

первый фик очень любопытный. :gigi: неожиданный.

2009-12-28 в 23:29 

[Estella]
[Игла], ыыы, спасибо-спасибо! мне так приятно)) а Тедди - это вообще чистый восторг. обожаю этого парня.

rude_and_not_ginger, XDD
по идее, мне нужно было и сюда продублировать "доску заказов") заказывай - я еще не все подарки написала как раз
ыыы, мне было так страшно писать со Снейпом. а вышло даже почти даже pwp. бугагашеньки))

URL
2009-12-28 в 23:40 

paraguay_guarani
Why are so few of us left active, healthy, and without personality disorders?
[Estella] :lala: Слухай, можно я тебе тот же заказ сделаю, что и на фикатон, только с небольшой помаркой. Ибо не получила я того тогда, чего хотела.

Сириус Блэк, Барти Крауч-младший и Регулус Блэк. Пост-Хогвартс. Хочется какого-нибудь взаимодействия между героями. Не слэшного, желательно. Сюжет, рейтинг и прочие детали на совести автора. Ну, ты же знаешь, что я люблю, ай? :angel2:

2009-12-28 в 23:45 

[Estella]
rude_and_not_ginger, принято)

URL
2009-12-29 в 07:41 

Смотрел себе под ноги и видел небо.
[Estella]
И ещё раз спасибо за праздничную гарридраку джен. Там очень-очень нужное и точно настроение :sunny:

   

...

главная